Мечта садиста-управленца: чтобы купить новый сверлильный станок, нужно обойти кабинеты ветеранов труда, которые забыли, где работают, но подпись не дают — а вдруг сломается. Компьютер в бухгалтерии хрипит, нагревает комнату до плюс сорока и проигрывает похоронный марш при запуске 1С. Если вас мучает бессонница — просто придите в наш цех и посмотрите на скорость работы инженерного состава.

Инициатива здесь карается депремией. Попытался предложить схему модернизации — получил устный выговор за подрыв авторитета бригадира. Самый востребованный навык — уметь делать каменное лицо, когда начальник на планерке рапортует о головокружительных успехах, пока у нас пресс стоит уже третью неделю. Старая гвардия смотрит на энтузиастов как на личную угрозу их чаю с сушками.

Нет

Нет

Работа на оборонку — это звучит гордо только на словах. В реальности ты приходишь в цех, где заправляют "старики", которые варят самогон из отходов производства. Любое нововведение встречается в штыки, потому что "мы и так проживем". Начальство закрывает глаза на пьянки, пока план сдан. Молодежь там не задерживается: либо спиваешься, либо уходишь в современные компании. Зарплату задерживали, но платили "конвертами", чтобы не уходили. Атмосфера гнетущая, как будто в прошлый век попал

Здесь не работаешь — здесь существуешь в агрессивной среде. Металлическая пыль скрипит на зубах уже через час после начала смены, а к обеду её вкус становится привычным. Вентиляция — это громкое слово для трёх дырок в стене, которые забились ещё при царе Горохе. Включают её, только когда сверху звонок раздаётся: "Комиссия едет!". Врачи удивляются, как мы вообще доживаем до пенсии. А мы и сами удивляемся.

Мы собираем аппаратуру, которая уйдет в космос или на оборонку. Инструмент, которым мы её собираем, давно просится в музей на почетную пенсию. Старые советские стенды, самопальные приспособления, китайские тестеры за три копейки. Когда предлагаешь автоматизировать хоть что-то, слышишь сакральное: «Раньше без ваших компьютеров всё работало, и вы работайте». Сидишь и думаешь: может, я не инженер-конструктор, а археолог? Расчищаю слой за слоем, пытаюсь понять логику предков.